Вас тут не проживало. Семью погорельцев из Волгограда оставили без помощи

В конце лета 2017 года в Волгоградской области бушевала огненная стихия. Пожар оставил без крова десятки людей. Власти экстренно оказывали помощь пострадавшим. Но как выяснилось, далеко не всем.

Несколько лет назад Юлия и Андрей Кальченко из Волгограда стали счастливыми обладателями собственного дома. Его они купили на материнский капитал. Планировали обустроить быт, переехать из областного центра. Но мечтам не суждено было сбыться. Их дом в селе Ягодное Ольховского района сгорел во время мощного ландшафтного пожара в августе 2017. Но каково же было удивление волгоградцев, когда им в местной сельской администрации в весьма невежливой форме объяснили — рассчитывать на возмещение материального вреда не стоит. И теперь вместо дома у Кальченко только пыль да обгорелые головешки. Историю семьи вынужденных погорельцев выслушала Надежда Кузьмина.

«Было тепло и уютно»

«Это наше единственное жильё, — говорит Юлия Кальченко. — Мы — я, муж, свекровь и двое детей — там зарегистрированы. Какой закон позволяет выбросить детей на улицу? Мы уже копили деньги на ремонт дома, подготавливали детей к переезду. В Волгограде мы живём в тесноте. В муниципальной квартире моей мамы. Нас там — 8 человек. Это неудобно и для детей в том числе».

Поддержка для семьи. Как получить выплату из маткапитала?

Именно поэтому, чтобы улучшить жилищные условия, Юлия и Андрей решились на покупку дома за счёт средств материнского капитала. На отдельное жильё в Волгограде не хватало, поэтому выбрали дом в селе Ягодное Ольховского района примерно в 170 километрах от областного центра.

«Если бы мне хватило средств на покупку жилья в Волгограде — купила бы тут, — рассуждает Юлия. — А так там был нормальный дом. Не коттедж, конечно, но примерно такой же, как и другие в селе. Был газ, свет, евроокна — тепло и уютно».

Юлия вспоминает, что больше всего их с супругом привлекла местная природа — красивый лес за окном и пруд. Но в конце лета 2017 года лес загорелся от мощного ландшафтного пожара, и даже местный пруд не спас селян от огня, который за короткое время перекинулся на жилые постройки.

По подсчётам спасателей, в результате пожара только в одном Ягодном пострадало 100 строений, в том числе 19 домовладений. Не обошлось и без жертв. Двое пенсионеров были найдены погибшими в своём доме. Ими оказались как раз соседи Кальченко. К счастью, самого семейства в это время в селе не было.

«Вас тут не проживало»

«Мой муж учится в строительном техникуме и ему тяжело ездить на учёбу в Волгоград за 170 километров. К тому же, места в садике для малыша не оказалось, и мы решили повременить с переездом», — поясняет Юлия.

Но именно то, что Кальченко постоянно не проживали в своем собственном доме, и стало основанием для сельской администрации — не включать в списки погорельцев молодую семью.

«О том, что нашего дома больше нет, я узнала в октябре, когда приехала за справкой о составе семьи, — рассказывает Юлия Кальченко. — Картина просто жуткая. Я увидела, что вся наша улица практически выгорела — с одной стороны нет 10 домов и с другой столько же. Просто поле. До сих пор пахнет гарью. Фильм ужасов можно снимать. Особенно страшно смотреть на венок рядом с нашим домом, где погибли наши соседи».

Но в администрации сельского поселения Юлию не ждали и сразу дали понять — рассчитывать их семье на помощь не стоит.

«Мы хотели узнать, какие условия требуются от нас для получения жилищного сертификата. Но в итоге с нами очень грубо поговорили, указали на выход и сказали больше их не беспокоить, так как по закону нам ничего не положено по причине того, что мы там постоянно не проживали», — Юлия Кальченко растеряно показывает кипу ответов из чиновничьих кабинетов разных мастей. Все её обращения даже в вышестоящие инстанции спускаются по цепочке на местный уровень, а оттуда ответ, как под копирку — «Постоянно не проживали. Помощь не предусмотрена».

«Ни капитала, ни жилья»

«Где есть такой закон, который даёт право оставлять детей без прописки и крыши над головой? — недоумевает Юлия. — То у нас было хоть какое-то имущество, а теперь у нас получается, ни материнского капитала нет, ни жилья!».

Сейчас семья Кальченко готовит иск в суд с требованием включить их в списки пострадавших во время стихийного бедствия. Также Юлия планирует обратиться и в правоохранительные органы, так как, по её словам, «не исключает, что средства положенные её семье как погорельцам могли быть присвоены или потрачены незаконно».

Уцелели на беду. Кто не дает ростовским погорельцам восстановить своё жилье

В самой же администрации Ягодновского сельского поселения Ольховского района вопрос, почему семью Кальченко не включили в списки пострадавших, прокомментировать отказались.

Для справки: в конце августа 2017 года в Волгоградской области ввели режим ЧС. Пожары были зафиксированы в 21 из 38 муниципальных образований. Под угрозой оказались 560 тысяч человек. Всё осложнялось неблагоприятными погодными условиями — при высокой температуре воздуха порывы ветра достигали 36 м/с. В тушении пожаров было задействовано более 6,5 тысячи человек и более двух тысяч единиц техники, в том числе самолёты и вертолёты. Чтобы остановить разгул стихии, за период работы авиации было сброшено почти 783 тонны воды.

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Ссылки в комментариях будут свободны от nofollow.

Яндекс.Метрика